Холодным ноябрьским вечером ее поджидал сюрприз. Он стоял у подъезда, рядом с запертой металлической дверью. Фонарь опять не работал, поэтому фигура сюрприза практически полностью растворилась в сумерках. Она бы и не заметила ее, если б не оклик.
- Людмила!
...Бывший муж напоминал нахохлившуюся черную птицу: съежившийся от холода, ссутулившийся, он стоял, засунув руки в карманы, и шумно втягивал носом промозглый воздух. Сколько же они не виделись? Целых пятнадцать лет. Узнала бы она Владимира в толпе? Едва ли.
И не потому, что он постарел, просто вместе с болью потери, которую она смогла пережить, победить и вычеркнуть из жизни, ушла и любовь. И воспоминания. Она стерла из памяти все - доброе и чудовищно горькое, восхитительное и жестокое - хоть это и было так непросто. Стерла, и стала свободной.
Она совсем не растерялась, услышав этот голос. В душе ничего не дрогнуло. "Как интересно", - в груди лишь легкое удивление.
- Поднимемся? Хочу поговорить.
Она не возражала: не стоять же на улице. Хотя желания общаться не было. Тем не менее, поднявшись в квартиру, спросила беспечно:
- Ну, как ты живешь, Володя?
Он неуверенно пожал плечами:
- Плохо. А ты... одна? Я имею в виду мать.
- Умерла три года назад.
- А сын?
- В прошлом году женился. Живет отдельно. Скоро станет отцом.
- Я хотел бы его увидеть.
Она промолчала. А захочет ли сын?
Людмила заварила терпкого кофе, сделала бутерброды. На несколько минут в кухне повисла тягучая пауза. Сделав несколько глотков, Владимир отставил чашку, а потом неожиданно протянул руку и стиснул ее маленькую ладонь.
- Люда, я всегда любил только тебя. Любил, люблю и, наверное, буду любить.
- Да? - она не смогла спрятать иронии. - Тогда что было то? С другими?
Он был готов и быстро дал ответ:
- Просто секс. Ничего больше. Прости меня...
Людмила улыбнулась и осторожно вытащила из его пальцев свою ладонь.
- Я давно простила, но это не значит, что можно начать сначала.
Бывший муж встрепенулся:
- У тебя кто-то есть?
- Да.
Она солгала. Просто не хотелось снова впускать в свою жизнь человека, к которому не было доверия. Но прошлое вдруг снова хлынуло в душу.
Последний год перед разводом они прожили в тяжелых ссорах - муж часто не ночевал. Так это был "просто секс", так говорит он? А разве она не хотела секса, лежа в пустой, холодной постели, когда отчаянно вслушивалась в тишину, надеясь, что скрипнет дверь? О, эти ужасные, бесконечные, одинокие ночи, полные ревности и душной обиды! Они всегда будут стоять между ними.
Они еще проговорили какое-то время. Он заглядывал в глаза, пытаясь отыскать следы прежнего чувства. Прощаясь, вновь обронил, что надеется, но она отрицательно качнула головой.
После развода у нее было несколько мужчин, но замуж она больше так и не вышла. Все боялась влюбиться в женатого, потому что на собственном опыте знала, как несладко сыну без отца. Попадались же все больше женатые, а если холостые, то непутевые.
Лет через семь после развода посчастливилось встретить мужчину, не подходившего под эти категории. Бывший военный, статный, красивый, немолодой, он развелся с женой, которая вступила в религиозную секту. Людмила сблизилась с ним и полюбила так же горячо, глубоко и самоотверженно, как много лет назад полюбила бывшего мужа. Она привела его в дом. Больная старенькая мама, требующая внимания и ухода, ее сын, вступивший в трудный переходный возраст, стали непростым испытанием для Дмитрия. Он не справился с этим испытанием и после нескольких лет совместной жизни ушел. Ушел интеллигентно и тихо.
...После неожиданного появления Володи она вновь стала много думать о прошлом. И надо же так случиться: пару недель спустя случайно повстречала на остановке Диму!
Он взял ее тихонько под локоть и улыбнулся. Спросил о маме, о сыне. Узнав, что Людмила теперь одна, оживился:
- Ты живешь все там же?
Люда грустно кивнула, догадываясь, к чему он клонит.
- Как насчет того, чтобы вместе встретить Новый Год? Я приду. Ты, надеюсь, не возражаешь?
- Возражаю.
- Неужели совсем меня забыла? - он обнял ее за плечи.
Когда-то она таяла от этого пронизывающего, теплого взгляда, теряла ощущение реальности...
- Ты прав. Я забыла тебя, - она отстранилась.
...Казалось бы, женское самолюбие должно ликовать. Разве не об этом она мечтала? Но теперь ощущалась лишь досада: с каждым она могла бы быть счастлива, но ее покинули именно в то самое время, когда она нестерпимо нуждалась в поддержке. А теперь?..
На Новый год она с подругой договорилась пойти в ресторан. Уже присмотрела прекрасное платье, договорилась с парикмахершей о новой, стильной прическе, и выпестовала в душе волшебное настроение, которое не стоит портить навязчивым прошлым. Осталось лишь впорхнуть в украшенный зал и танцевать всю ночь, не задумываясь ни о своем возрасте, ни о том, скованы ли обязательствами ее кавалеры. Она решила наслаждаться, и пить счастье не осторожно, а жадными, большими глотками...
